Рецензия на документ RED PAPER: EU-Belarus Security Framework 2025, подготовленный Офисом Светланы Тихановской
- EESF
- 15 янв.
- 10 мин. чтения
1. Контекст создания документа, его версии, цели и целевая группа, авторы, новизна и релевантность
Документ подготовлен группой экспертов по поручению Офиса Светланы Тихановской (далее — ОСТ) и, согласно официальной информации на сайте ОСТ, «содержит важную и актуальную информацию о безопасности Беларуси — энергетической, информационной, экономической, военной, миграционной и молодежной»[1]. По мнению ОСТ, «систематизированные экспертами данные используются в документе для того, чтобы определить риски, с которыми Беларусь сталкивается сегодня, и их значение для будущего страны»[2].
Тип документа red paper не соответствует официальной типологии политических документов, хотя название создано явно по аналогии с устоявшимися названиями white paper, white book и т. д. Использование красного цвета, очевидно, должно подчеркнуть критическую важность содержащейся в нем информации.
Документ существует не менее чем в трех версиях, лишь две из которых являются публично доступными в настоящий момент. К сожалению, авторы Red Paper не указали ни причин появления новых версий документа, ни списка внесенных изменений. Сравнительный анализ показывает, однако, что объем документа рос с каждой новой версией по причине как дополнений, так и измененного форматирования. В анализе будет использоваться наиболее актуальная версия, опубликованная в августе 2025 года.
В размещенном на сайте резюме доклада краткое содержание каждого раздела завершается вопросом «Почему это важно для белорусов?». Таким образом, представленная на сайте информация создает впечатление, что первичной целевой группой документа является белорусское общество.
Этому, однако, противоречит текст самого документа, который концентрируется на политических рекомендациях для Запада с целью «геополитической переориентации Беларуси» (стр. 6). О том, что первичной целевой аудиторией являются западные политики, свидетельствует и тот факт, что документ создавался специально для Саммита НАТО в Гааге, где и был официально представлен на одном из сайд-ивентов[3].
В связи с этим создается впечатление, что авторы документа так и не приняли решения, какие именно риски и угрозы (в отношении Беларуси или в отношении ЕС/НАТО) они описывают, что, будет показано ниже, повлияло на общую логику документа.
Состав авторов документа выглядит следующим образом: Александр Добровольский, Алина Харисова, Дмитрий Крук, д-р Виктория Левковец, Дмитрий Мицкевич, Франтишек Вечерко, Анастасия Лузгина, Маргарита Ворихова, а также неконкретизированные «эксперты ISANS и другие». В данном случае речь идет о достаточно узком коллективе людей из окружения Светланы Тихановской. Александр Добровольский и Франтишек Вечерко — ее советники, Маргарита Ворихова является представителем по молодежной политике в Объединенном Переходном Кабинете, возглавляемом Светланой Тихановской, Дмитрий Мицкевич — близкий к ОСТ журналист телеканала «Белсат», анонимные «эксперты ISANS», как правило, сопровождают и участвуют в мероприятиях ОСТ. Следует отметить, что данная узость авторского состава является отличительной чертой большинства документов, подготавливаемых ОСТ. Единственными независимыми экспертами в данном случае можно считать сотрудников аналитического центра BEROC — Дмитрия Крука и Анастасию Лузгину. Оба являются специалистами в сфере экономики, то есть фактически отвечают лишь за один из разделов документа.
Кроме того, важно отметить тот факт, что часть авторов является не экспертами-аналитиками, а в первую очередь политиками, формирующими и поддерживающими внешнеполитическую позицию Светланы Тихановской (Ф. Вечерко, А. Добровольский). Их соавторство в статусе экспертов может свидетельствовать о политической ангажированности доклада с учетом интересов и целей этих политиков.
Новизна и релевантность документа обусловлена тем, что в нем делается попытка охватить практически весь спектр проблем в сфере безопасности, существующих между ЕС и Беларусью, а также разработать практические рекомендации, направленные на решение этих проблем.
2. Общие замечания по структуре и тематике документа, степени соответствия содержания задекларированным целям, а также по его внутренней логике
Первое, что бросается в глаза, — это крайне лаконичная и в то же время несколько расплывчатая вводная часть объемом в одну страницу, в которой скупо обозначены цели документа (описание угроз и формулировка рекомендаций в отношении ключевых сфер с главной целью «переориентации Беларуси на Европу и интеграции в общеевропейские структуры безопасности, экономики и культуры»).
В частности, во введении отсутствует определение ключевых терминов «риск» и «угроза». В дальнейшем оба термина просто используются единым словосочетанием «риски и угрозы» либо как взаимозаменяемые.
Также во введении отсутствует описание методологии оценки рисков и угроз (например, хотя бы в диапазоне «крайне вероятный – маловероятный»). Судя по всему, авторы не ставили перед собой целью оценивать реалистичность называемых ими рисков и угроз.
В результате прямые угрозы упоминаются рядом с крайне маловероятными, угрозы для белорусской государственности или белорусского гражданского общества — рядом с угрозами для ЕС. Также упоминаются такие угрозы, как технические поломки (например гидроэлектростанций), которые непозволительно размывают категориальные рамки рассматриваемой проблемы.
Вышеперечисленные недочеты негативно сказываются на логике и убедительности документа, как будет подробнее показано ниже.
Одной из заметных особенностей структуры документа является наличие рекомендаций в конце каждого тематического раздела. При этом бросается в глаза, что практически во всех случаях, за исключением энергетической безопасности (где, правда, также говорится о сотрудничестве с демократическими силами при разработке законов), рекомендации включают обязательный пункт помощи белорусской оппозиции. Эта рекомендация выглядит оправданной, например, в разделе «Информационная безопасность», но весьма натянутой в разделах «Миграционная безопасность» и «Военная безопасность». Так, например, в разделе «Военная безопасность» рекомендуется включить оппозиционные «группы OSINT, аналитиков диаспоры и военных перебежчиков» в «системы раннего предупреждения, подразделения военного прогнозирования и сети по отслеживанию дезинформации под эгидой ЕС и НАТО» (стр. 25). Данная рекомендация, очевидно, несет в себе серьезные риски и идет в разрез со всеми возможными протоколами безопасности вооруженных сил и специальных служб. Можно предположить, что наличие данных рекомендаций связано с составом авторов, частично представляющих интересы оппозиции.
Однако главным недостатком, ставящим под сомнение ценность доклада, является сбой во внутренней логике предоставленной в нем информации. Стандартная формула доклада с рекомендациями выглядит следующим образом:
фиксируется некое существующее субоптимальное состояние А (реальность),
формулируется некое оптимальное состояние Б (цель),
предлагаются действия, которые позволят перейти из состояния А в состояние Б (политические рекомендации).
Если сравнить эту формулу с содержанием доклада, то получается следующая картина:
фиксируется неоптимальное с точки зрения авторов состояние Беларуси: под властью Лукашенко и влиянием России она представляет собой угрозу для ЕС (соответствует формуле),
описывается оптимальное, целевое состояние Беларуси: выход из-под влияния России, интеграция в ЕС (соответствует формуле),
отсутствуют практические рекомендации по выводу Беларуси из-под влияния России, то есть по переходу из состояния А в состояние Б (разрыв в логике).
Вместо этого в документе даются рекомендации двух типов:
1. Рекомендации, как готовиться к тому, что будет достигнуто целевое состояние Б, когда влияние России и режим Лукашенко по какой-то причине исчезнут и можно будет беспрепятственно начинать интеграцию Беларусь в ЕС, ср.:
- Разработать план интеграции в европейскую энергетическую систему. Европейский Союз должен начать рассматривать Беларусь как потенциального будущего партнера в рамках более широкой региональной энергетической структуры (стр. 40),
- Поддержать планирование в сфере безопасности для переходного периода после ухода Лукашенко (стр. 25).
При этом нигде в тексте не встречается ни одной рекомендации, которая относилась бы, собственно, к процессу той самой политической переориентации Беларуси, которая заявлена во «Введении» как главная цель документа.
2. Рекомендации по защите от угроз, исходящих от Беларуси. Эта группа рекомендаций в принципе противоречит заявленной логике документа, который по идее должен показать путь политической переориентации Беларуси.
В частности, в докладе предлагается «признать Беларусь стратегической военной границей путем включения оценок угроз, связанных с Беларусью, в стратегическое планирование ЕС и НАТО, обмен разведданными и рамки сотрудничества в области обороны». (стр. 25). В процитированном предложении и далее по тексту речь идет о том, чтобы внести Беларусь как отдельную стратегическую (то есть долговременную) угрозу для ЕС и НАТО военного и гибридного типа во все основные документы НАТО и «уделить приоритетное внимание планированию сценариев военной эскалации с участием Беларуси в рамках совместных учений ЕС и НАТО, особенно в Прибалтике и Польше».
Однако невозможно одновременно готовиться европейской интеграции Беларуси и к войне с Беларусью. Таким образом, между обеими группами рекомендаций также существует фундаментальное противоречие.
В заключение следует отметить, что подмена понятий, то есть рассмотрение мер по подготовке ЕС к интеграции Беларуси вместо мер по политической переориентации Беларуси является общей проблемой документов белорусской оппозиции.
В этом смысле рассматриваемый документ схож с опубликованной в 2023 году Офисом Светланы Тихановской «Стратегией перехода к Новой Беларуси»[4], авторы которой честно признавали, что им «еще точно неизвестно, как и когда произойдет переход от диктатуры к демократии», и предлагали заняться более комфортной темой — планированием первых 180 дней управления свободной, демократической Беларусью.
Тот факт, что этот переход в принципе может не случиться, а грядущий транзит власти чреват приходом к власти более пророссийских лидеров, чем Лукашенко, ставит под сомнение целесообразность любых подобных стратегий и рекомендаций.
3. Поглавный анализ документа
Поглавный анализ позволил выделить целый ряд принципиальных моментов, вызывающих вопросы. Ввиду ограничений по объему мы приводим только некоторые замечания, которые кажутся нам особенно характерными для данного документа:
1. В разделе «Информационная безопасность» малоперспективными выглядят рекомендации о создании стратегической платформы взаимодействия между ЕС и белорусскими демократическими силами.
Это связано даже не только с явным несоответствием институционального уровня и, соответственно, возможностей взаимодействия, но и с двойственным статусом и белорусской диаспоры, и белорусских демократических сил, которые являются с одной стороны объектом прямого воздействия, а с другой — проводником (вольно или невольно) белорусской госпропаганды. Подробнее об этом на примере Nexta и блогера Мотолько, см. например, «Отчет Группы по дезинформации польской Комиссии по изучению влияния России и Беларуси» от 10.01.2025 года, стр. 64–67 и далее[5].
2. В разделе «Миграционная безопасность» излишней и устаревшей представляется часть рекомендаций по мерам безопасности, ср.: «Усиление передовой обороны и готовности к гибридным угрозам… Увеличение числа систем наблюдения в режиме реального времени, усиление инфраструктуры противодействия дронам и технологий мобильного патрулирования, усовершенствование систем раннего предупреждения и протоколов обмена данными через границы» (стр. 80).
Польша и прибалтийские республики рассматривают защиту восточной границы в качестве одного из основных направлений обеспечения безопасности ЕС. На момент публикации доклада Red Paper уже были опубликованы подробные планы «Восточного щита». Они как раз включают в себя мощную, глубокую эшелонированную защиту границы как от мигрантов, так и от военных угроз. Повторение в рекомендациях планов, которые уже были озвучены и находятся в процессе реализации, создает впечатление неосведомленности авторов доклада.
3. Наибольшие вопросы вызывает раздел «Военная безопасность». В частности, в нем дается следующая неточная интерпретация Региональной группировки войск Беларуси и России:
Согласно соглашениям между Беларусью и Россией, Вооруженные силы Республики Беларусь полностью включены в «Региональную группу войск Беларуси и России» на территории Беларуси. Вся белорусская военная инфраструктура может использоваться Региональной группой войск, т. е. Вооруженными силами Российской Федерации в военное время. В рамках этого была создана Региональная объединенная система противовоздушной обороны Беларуси и России, которая также дает Кремлю контроль над территорией Беларуси. При этом размер российских войск, включенных в Региональную группу войск, в документах точно не ограничен, что дает Кремлю законную возможность для размещения в Беларуси любого числа армейских подразделений (стр. 9).
Во-первых, белорусские ВС не просто «включены» в состав РГВ, а составляют ее костяк, так как замысел использования РГВ предполагает защиту границ Союзного Государства на территории Беларуси и прилегающей территории Российской Федерации силами прежде всего белорусских ВС[6].
Во-вторых, хотя представители Беларуси и России и подчеркивали, что состав РГВ может изменяться[7], однако это совершенно не значит, что изменение может происходить спонтанно и по желанию одной из сторон. Размер и задачи компонентов определяются/уточняются, как правило, каждые пять лет во время обновления плана применения региональной группировки войск Республики Беларусь и Российской Федерации.
До 2020 года с российской стороны такой компонентой являлась дислоцирующаяся в Смоленске 20-я танковая армия, с 2020 года — 1-я танковая армия[8]. Сейчас, в связи с тем, что 1-я танковая армия понесла тяжелейшие потери в Украине, возможно, состав РГВ снова поменялся. Однако в целом численность этой компоненты остается неизменной: как правило, называется цифра порядка 9 тысяч человек плюс военная техника — 200 боевых машин, 170 танков, около 100 орудий и минометов[9]. Сам Лукашенко, например, публично заявлял о 10–15 тысячах военнослужащих с российской стороны[10].
В-третьих, неправильно говорить о том, что РГВ каким-то образом обеспечивает контроль России над ВС РБ. Российская компонента РГВ расположена на российской территории и прибывает в Беларусь только на учения и в ограниченном составе. Верховным главнокомандующим Вооруженных Сил Беларуси является сам Лукашенко, все полковники и генералы назначаются и контролируются им лично.
Командование РГВ согласно Соглашению между Беларусью и Россией «О совместном обеспечении региональной безопасности в военной сфере» осуществляется на паритетной основе представителями Генеральных штабов обеих стран. При этом при подготовке учений командующий российской компоненты утверждает у начальника Генерального штаба Беларуси свое решение на применение подчиненного ему объединения[11], а не наоборот.
В-четвертых, созданная единая региональная система противовоздушной обороны (далее — ЕРС ПВО) также не дает России контроля над Республикой Беларусь. Включение белорусской ПВО в общероссийскую систему просто дает возможность Лукашенко использовать мощную российскую ПВО для охраны белорусских границ, а русским — увеличить глубину оборонительного периметра на дополнительные 650 км. По имеющимся оценкам создание ЕРС ПВО увеличило общую эффективность противовоздушной обороны для Беларуси в 1,4–1,6 раза, а для России (в регионе ее действия) — в 1,7 раза[12].
Также вызывает серьезные сомнения утверждение о том, что большое число офицеров КГБ проходит обучение в Академии ФСБ в России (стр. 9–10), не подкрепленное источниками.
Этому противоречат как практические соображения, как-то:
наличие в Беларуси собственного высшего учебного заведения специально для сотрудников КГБ, которое последовательно расширяет свои возможности (до 2022 года Институт Национальной Безопасности, после — Академия Национальной Безопасности),
невозможность принять необходимое число обучающихся из Беларуси в рамках групп обучения Академии ФСБ в России,
так и весьма важные для Лукашенко соображения безопасности. Его личная безопасность и безопасность его семьи в значительной степени зависит от КГБ, поэтому вероятность того, что крайне подозрительный, даже параноидальный Лукашенко, не позволяющий своим подчиненным никаких несанкционированных контактов с Россией, допустит вероятность массовой вербовки офицеров КГБ на территории России, равна нулю.
Наконец, сомнительными представляются и сценарии прямой агрессии ВС РФ с территории Беларуси. К сожалению, в рамках рецензии нет возможности подробно анализировать их недостатки. Отметим лишь, что при всей готовности Лукашенко поддерживать Путина, он прекрасно понимает, что война с НАТО на территории Республики Беларусь приведет к результатам, схожим со Второй мировой войной, а также неизбежной потере им власти и, возможно, жизни. В 2022 году он был убежден, что Киев падет за три дня. Сейчас Лукашенко таких иллюзий не имеет, а значит будет сопротивляться войне изо всех сил.
4. Заключение
Документ RED PAPER: EU-Belarus Security Framework 2025, подготовленный ОСТ, ставит перед собой амбициозную задачу описания всех основных рисков, исходящих от Беларуси под контролем Лукашенко и под влиянием России, для ЕС и НАТО, а также рекомендаций по их преодолению с целью политической переориентации Беларуси и включения ее в интеграционные процессы ЕС и НАТО.
Однако, поставив перед собой данную амбициозную задачу, авторы документа сделали недостаточно для ее реализации, допустив следующие ошибки и неточности:
не подготовили категорийную, терминологическую и методологическую базу (определение и типы рисков, разграничение рисков и угроз, методы оценки рисков),
допустили путаницу при определении объектов угроз и при формулировке рекомендаций, а также влияние частных политических интересов на содержание текста (повторяющиеся рекомендации о поддержке демократических сил).
Однако главная проблема документа находится на уровне его общей логики и заключается в несоответствии постановки вопроса и предлагаемых авторами документа решений (рекомендаций).
Вместо того, чтобы сформулировать в рекомендациях меры по политической переориентации Беларуси, в частности ее выводе из зоны влияния России и интеграции в ЕС, авторы документа описывают лишь то, как отражать имеющиеся и потенциальные угрозы и готовиться к тому времени, когда Беларусь уже выйдет из-под влияния России.
В этой связи можно сделать вывод, что документ не достигает своей главной цели. Скорее, он является чем-то вроде несистематизированного каталога рисков и угроз, общих и спорных рекомендаций по борьбе с ними, а также советов по подготовке политического и инфраструктурного «интерфейса» для интеграции демократической Беларуси в ЕС и НАТО.
[1] Цитаты даются по английской версии документа в переводе автора рецензии для облегчения понимания.
[2] https://tsikhanouskaya.org/en/news/red-paper-what-needs-to-be-known-about-belarus-here-and-now.html
[5] https://www.gov.pl/web/sprawiedliwosc/raport-zespolu-ds-dezinformacji-komisji-ds-badania-wplywow-rosyjskich-i-bialoruskich
[6] https://www.mid.ru/ru/foreign_policy/international_contracts/international_contracts/2_contract/47455/
[7] https://sputnik.by/20221230/casus-belli-polskaya-ugroza-i-vyzovy-dlya-belarusi-intervyu-aleksandra-volfovicha-1070763867.html
